Западные политики по очереди уверяют Украину в своей непоколебимой поддержке перед лицом «российской агрессии». Об этом один за другим заявили глава Пентагона Ллойд Остин, госсекретарь США Тони Блинкен, президент Джо Байден и глава европейской дипломатии Жозеп Боррель. Дословно одно и то же.
В условиях очередного обострения обстановки на востоке Украины Киеву важно было услышать эти слова, и украинское руководство несколько смущало, что до последнего времени партнёры на Западе не слишком торопились их произносить. Собственно, первый телефонный разговор Байдена с Владимиром Зеленским состоялся только сейчас, спустя два с половиной месяца после прихода нового президента в Белый дом. Видимо, успокоенный заверениями, глава украинского государства, прихватив супругу, отбыл с официальным визитом в Катар.
Что несколько противоречит риторике в духе «Отечество в опасности!», которую воспроизводит сейчас украинское руководство, ну да ладно.
Любопытна формулировка «непоколебимая поддержка». Её можно было воспринять исключительно как политическую фигуру речи, если бы в недавней истории не было примера буквального истолкования подобных высказываний одним из лидеров постсоветских стран. Кстати, сейчас он находится как раз на Украине и при необходимости может самолично поделиться с президентом Зеленским своим опытом.
10 июля 2008 г. в Тбилиси состоялась совместная пресс-конференция тогдашнего президента Грузии Михаила Саакашвили и госсекретаря США Кондолизы Райс. Между выступающими состоялся, согласно официальной стенограмме, размещённой на сайте Госдепартамента США, следующий обмен репликами.
Госсекретарь Райс: «Господин президент, я надеюсь, вы заметили, что США вместе со многими другими решительно отстаивали в Бухаресте… И НАТО убедительно подтвердила трансатлантическое будущее Грузии».
Президент Саакашвили: «Значит, вы, как я понимаю, вступите в серьёзный бой за нас в декабре».
Госсекретарь Райс: «Всегда, господин президент. Мы всегда сражаемся за наших друзей».
Спустя месяц после этого события, 8 августа, грузинская армия начала масштабную военную операцию с целью взять под контроль Южную Осетию. Результатом стало вмешательство российских Вооружённых сил с понятными результатами для Тбилиси.
13 августа в The New York Times появилось объяснение анонимного высокопоставленного дипломата, который сопровождал Райс в Тбилиси. «Она сказала ему (президенту Саакашвили) в недвусмысленных выражениях, что он должен предъявить обязательство о неприменении силы». Источник также сообщил: «Мы сказали ему, что они должны придерживаться одностороннего прекращения огня. Мы сказали, не делай глупостей. Не ввязывайся и не поддавайся на российские провокации. Не делай этого».
Проверить последнее невозможно, не исключено, что американские дипломаты просто хотели отмежеваться от обвинений в подстрекательстве, которые активно звучали тогда. В то же время такой приватный разговор вполне мог иметь место — в Вашингтоне всё-таки лучше, чем в Тбилиси, понимали масштаб возможных осложнений и знали пределы собственной готовности. Как писал потом в книге о тех событиях активный сторонник принятия Грузии и Украины в НАТО Рон Асмус, на совещании в Белом доме 8 августа прозвучало предложение нанести удар с воздуха по Рокскому тоннелю, чтобы осложнить вход в Южную Осетию российских войск, но эта идея была немедленно отвергнута как безумная.
Рисковать войной с Россией из-за Грузии желающих не нашлось.
Как бы то ни было, Саакашвили решил поверить не кулуарным предостережениям, а публичному заявлению Райс, что Америка всегда «сражается за своих друзей», хотя, строго говоря, относилось это к перспективам новых дебатов в НАТО. Президент Грузии, вероятно, полагал, что, будучи поставлен перед фактом, Вашингтон не захочет терять лицо и постарается доказать, что поддержка – не фикция. Тем более что та же самая администрация Буша прикладывала немалые усилия, чтобы запустить процесс формального принятия Грузии и Украины в альянс. И хотя на Бухарестском саммите альянса весной того года добиться такого решения не удалось из-за несогласия Парижа и Берлина, казалось, что это последняя задержка перед финальным рывком. В заключительном коммюнике встречи было записано, что Грузия и Украина «станут членами альянса», хотя и без конкретики.
С тех пор прошло почти тринадцать лет, многое случилось и в Европе, и в мире. Опыт Грузии в 2008 году и Украины в 2014-м наглядно продемонстрировал, что базовые принципы межгосударственных отношений и поддержания международной безопасности никто не отменял.
Провоцирование такого могущественного соседа, как Россия, обладающего к тому же ядерным потенциалом, в расчёте на то, что далёкий патрон придёт на помощь в критический момент, тактика самоубийственная.
А «непоколебимость» поддержки всегда имеет чёткие пределы – до тех пор, пока она не начинает нести реальные риски и серьёзные издержки тому, кто её оказывает. Как ни странно, эти элементарные азы мировой политики до сих пор иногда воспринимаются в качестве откровений в странах, не имеющих достаточной стратегической культуры. И западным политикам, которые, произнося ритуальные фразы, полагают, что собеседники понимают их правильно, стоит помнить о казусе Райс и Саакашвили.
Федор Лукьянов
Источник
Источник: