Электроэнергетика Казахстана: поставки в Китай и майнеры – как факторы напряжения

25 января 2021 года в формате видеоконференции состоялся саммит «Центральная Азия – КНР», посвящённый тридцатилетию установления дипломатических отношений между странами Центральной Азии и Китаем. Помимо обещаний «безвозмездной» экономической помощи региону на 500 миллионов долларов на ближайшие три года, Председатель КНР Си Цзиньпин заявил, что его страна всегда готова оказать необходимую помощь Казахстану в деле борьбы с терроризмом: «Все мы категорически выступаем против попыток внешних сил инспирировать цветную революцию в регионе, вмешиваться во внутренние дела под предлогом прав человека, подорвать спокойную жизнь наших народов».

В свою очередь, Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев поблагодарил Пекин за неизменную поддержку, отметив активную работу по наведению порядка на таможне, по ликвидации незаконных схем. Вместе с тем, доставка грузов из Китая и в Китай не пострадают, равно как и наведение порядка на границах не повлияет на транзит в третьи страны. История взаимоотношений стран Азии уходит корнями вглубь веков, и Казахстан искренне дорожит успешным опытом добрососедства и взаимовыгодного сотрудничества, подчеркнул Токаев. В последние годы растёт количество совместных предприятий, проектов в промышленности, энергетике, машиностроении, сельском хозяйстве. Во всём этом, как и в обеспечении региональной безопасности, Китай играет немаловажную роль.

Экономические интересы КНР в Центральной Азии

Как мы писали ранее, растущая зависимость Казахстана от экспорта нефти и особенно газа (в т. ч. сжиженного) в Китай и не только во многом обусловили проблемы на топливном рынке республики, спровоцировав протесты в Жанаозене и Актау. Между тем, углеводородами китайские интересы в Казахстане вряд ли ограничиваются: похоже, на кону ещё и местная электроэнергетика, что вполне вписывается в небезызвестную пекинскую доктрину «Один пояс – один путь», фактически предусматривающую комплексный политико-экономический охват всей Центральной Азии (1). Известно, что потребности сопредельного активно развивающегося Синьцзян-Уйгурского автономного района в электроэнергии всё более отстают от демографического  и промышленного роста на северо-западе Китая.

В середине января правительство Казахстана официально отказалось от планов продажи расположенных вблизи границы с КНР Усть-Каменогорской и Шульбинской ГЭС (крупнейших в восточном Казахстане) инвесторам из Объединенных Арабских Эмиратов. Документом предусматривалось также отчуждение инвесторам из ОАЭ 49% АО Экибастузской ГРЭС-1, Экибастузской ГРЭС-2, АО «Мойнакская ГЭС», АО «Шардаринская ГЭС» – т.е., в целом, свыше 60% казахстанских энеромощностей (с учетом упомянутых восточноказахстанских ГЭС). Соответственно, из мажилиса был отозван проект закона «О ратификации Совместной декларации правительства Республики Казахстан и правительства ОАЭ (11 октября 2021 г.) о создании долгосрочного стратегического партнёрства для развития проектов в приоритетных отраслях». Отозван, но не более того, что наводит некоторых наблюдателей на мысль о возможном расчёте на реанимацию сделки после того, когда «шум» сойдёт на нет…

Читайте также  Частичная мобилизация в России 2023, свежие новости на сегодня 15 марта: будет ли вторая волна — что говорят официальные лица в Госдуме

В конце 2021 г. общественность и эксперты стали активнее интересоваться подробностями этого нашумевшего проекта соглашения с Эмиратами, однако попытки выяснить детали документа и конечную цель передачи бизнесу из ОАЭ крупнейших в восточном Казахстане приграничных с Китаем ГЭС ни к чему не привели. Как пояснял ранее министр энергетики (в прежнем правительстве) Магзум Мирзагалиев, документ предусматривал продажу инвесторам из ОАЭ по 74,99% акций упомянутых объектов гидроэнергетики; общая сумма сделки не сообщалась. Обе станции входят в каскад Верхне-Иртышских гидроузлов, осуществляющих перетоки электроэнергии с сопредельными российскими энергетическими объектами. Документ предусматривал также создание в данном районе дополнительной Булакской ГЭС (её проект был разработан в 1980-х годов).

Многие эксперты усматривали в этом документе «китайский фактор». По их мнению, реализация сделки нацелена на увеличение восточноказахстанских энергомощностей для долгосрочных поставок электроэнергии в сопредельном Синьцзян-Уйгурском автономном районе. Ещё в середине декабря 2014 г. увидело свет казахстанско-китайское бессрочное соглашение о сотрудничестве в электроэнергетике, предусматривающее, в том числе, «проведение исследований по созданию электрических связей между Китаем и Казахстаном и принципам параллельной работы; по организации поставок электроэнергии из Казахстана в Китай и транзита электроэнергии через территорию Китая в третьи страны».

Казахстан рассматривает Китай в качестве перспективного направления экспорта электроэнергии, подчеркнул 27 января 2015 г. на правительственном часе в парламенте министр энергетики РК Владимир Школьник. Рассказал он и о продолжающихся переговорах о строительстве нескольких линий постоянного тока напряжением +/- 700 кВ от Экибастуза до подстанции Хами в СУАР. По словам министра, эта линия «позволит Казахстану передавать в КНР до 6 ГВт электроэнергии. Это серьёзный рост нашего экспорта и пополнение нашего бюджета. При достижении соглашения по цене реализации электроэнергии, необходимого объема и другим вопросам создаются также условия для строительства новых угольных конденсационных электростанций на экибастузских и торгайских углях».

КНР в Казахстане

Столь комплексный казахстано-китайский проект поддерживал глава правления АО «Батыс транзит» (передача / перетоки электроэнергии) Курмангазы Ибрагимов. Если точнее, «завтра это поможет продемонстрировать потенциал республики по экспорту не только нефти, но и электроэнергии. Дивиденды от него будут огромными, даже больше, чем от экспорта нефти. Можно сказать, что это будет один из наиболее выгодных в будущем проектов». По его же данным, ЛЭП, «которые необходимы для экспорта электричества в Китай, большие по протяженности, да и технологии, используемые при их строительстве, скорее всего будут инновационными. Реализация проекта предусматривает софинансирование со стороны Китая».

Читайте также  В Госдуме хотят защитить персональные данные россиян

И хотя с тех пор официальная информация обеих сторон о переговорах по электролинии Экибастуз – СУАР отсутствует, подобного рода прожекты сопровождаются устойчивым сокращением поставок казахстанского электричества в РФ (млрд. кВт/ч):

(ИНТЕРРАО ЕЭС)

2014 г.2015 г.2016 г.2017 г.2018 г.2019 г.2020 г.3,0840,9902,7265,73634,8251,2431,117

В то же время, «в ближайшие пять лет Казахстан будет зависеть от импорта электроэнергии: только в 2022 году импорт из России составит от 500 до 1 000 мегаватт», этом заявил 27 декабря 2021 г. казахстанским СМИ министр энергетики М. Мирзагалиев. Почти 90% объема импорта Казахстаном электричества приходится на РФ, не более 11% – на соседние страны Центральной Азии.

Резонно предположение, что проектируемые поставки в Китай казахстанские власти «изымают» из экспорта электроэнергии в Россию. Более того, растущий экспорт электричества из России также может быть перенаправлен на нужды восточного соседа (равно как и на растущее производство криптовалют). Если верить министру энергетики Болату Акчулакову, имеющийся в республике запас электроэнергии использовали подключавшиеся к сетям нарушающие закон майнеры: «Серыми» они назывались в прошлом году. С этого года все субъекты цифрового майнинга обязаны платить налог. И те, кто вчера был «серым», незаконно подключался, он сегодня не платит налоги и это уже «черный» майнинг. Это люди, нарушающие закон… мы как раз планировали использовать этот небольшой запас для того чтобы успеть модернизировать систему и построить новые источники генерации, для того чтобы безболезненно пройти. Но никто не ожидал, что массовое потребление, в первую очередь, это дата-центры майнинговые, они практически использовали весь имевший небольшой запас профицита».

Однако значительный рост потребителей электроэнергии привел к возникновению дефицита в системе, покрывающегося, «конечно, в первую очередь за счет перетоков из Российской Федерации. И кстати, благодаря тому, что мы работаем в параллельной системе, это очень нас спасает. Но понятно, что эта электроэнергия значительно дороже, чем та, которая есть в Казахстане. К примеру, скажу, что входящая цена примерно составляет 25 тенге за киловатт это только на границе. Плюс есть система распределения, сети, то есть цена достаточно дорогая». Для покрытия дефицита в январе Казахстан импортировал из России 70 млн. киловатт-часов электроэнергии, причём наибольший дефицит сложился на юге Казахстана. По этой причине, Минэнерго запустило Джамбульскую ГРЭС в четырехблочном режиме работы, причём цена генерации, благодаря договорённостям с газовиками, предполагается довольно низкой. Тем не менее, «…к сожалению, пока мы не разберемся с этой ситуацией, у нас напряженность с электроэнергией в системе остается. Сейчас мы ищем пути решения конечно. Я думаю, позже мы вам об этом тоже скажем, как мы будем этот вопрос системно решать».

Читайте также  «Будет ещё!»: будет ли вторая и третья волна частичной мобилизации в России в 2022-2023 году, когда планируется проведение и кого призовут

Даже если принять слова министра о дороговизне российского электричества за «чистую монету» – представляется, то в рамках ЕАЭС оно всё же куда более дёшево, нежели экспортные казахстанские тарифы для того же Китая (которые могут стать предметом финансовых комбинаций). В любом случае, недавний блэкаут на юге Казахстана, в Узбекистане и Киргизии – тревожный симптом, свидетельствующий о нарастающих кризисных явлениях и разбалансировке региональных энергетических систем.

Алексей Балиев, Дмитрий Нефёдов

Источник
Источник: u74.ru

Health Finity